Хочу рассказать вам, как у меня все болит. У меня болят руки и на них прям синяки, страшно болит попа (про синяки не знаю), ноги просто ноют и сама я какая-то качающаяся. Все это - в связи с тем, что мы с Николь вчера проехали по горам 30 км. На гору - с горы, на гору, с горы. Я думала вчера, что умру, по меньшей мере, семь раз. Было одна гора, где я слезла с велосипеда и потащила его волоком, как красная шапочка пирог в мультике. Спуск с горы - чрезвычайно завораживающий аттракцион, когда уже за много лет забыл, как тормозить. Потом буквально в одно мгновение вспоминаешь и тормозишь - но пооооздно, теперь все, ты птица.
Когда птица приходит в себя, велосипед мчит ее по прямой, навстречу закату и деревьям. Тогда в голову приходят томные мысли, что каска - это, конечно, не самая красивая деталь моего гардероба, но зато, наверное, самая полезная. Я люблю ее, эту каску.
Когда мчишь слишком сильно, начинает звенеть звоночек, не специально, видимо, просто, чтобы не скучно было. Вот так с музыкой ты и мчишь навстречу новой горе. И так 30 километров. Останавливаясь на светофорах, если заезжаешь невзначай в город, тут так принято.
Останавливаешься на светофоре, методично обматываешь язык вокруг шеи, и двигаешься дальше, разглядывая пасущихся овец на полях, которые так медленно ходят, потому что у них нет велосипедов.

я живая и все болит :)
Греческая чемпионка мира по скачкам с горы на велосипедах

скакала по магазинам.
Купила следующее:
1) джинсы офигительные - одна штука.
2) кофтощка странная, но весьма привлекательная - одна штука, цвет темно-вишневый.
3) шапка, похожая на берет розово-серая - одна штука, да и слава Богу, потому что фигли такого барахла много покупать...это случилось истерически-спонтанно :)
4) Шарф разный - две штуки. Один розовый в пятнышках, а другой странный, потому что совсем уж зимний, но я не могла его не купить - я все боюсь тут замерзнуть зимой.
5) Балетки на ремешочках - темно-вишневые, самое оно, но я, вообще-то, хотела туфельки на каблуках черненькие.... Эх... И забыла о них, когда увидела эти мегачешки :)
6) Сережки красно-темно-вишневые (да что же, блин, меня на этот цвет-то потянуло?!) для кофтощки, без них никак.
7) Открытки для Киса и маме еще открытки, да. Настанет понедельник - буду отправлять. :)

Сижу вот и смотрю в пакет. начинаем примерку, господа. не удивлюсь, если половина покажется мне сейчас полнейшей ерундой :)

а у меня тут такие сливочные туманы по утрам...
и ночью, когда я ложусь спать, на улице светит фонарь прямо в туманное облако.
я ношу платья и юбки, а здесь их никто не носит. Светловолосые девочки в джинсах и штанах. Русская брюнетка в белом платье.
Я не езжу на автобусах и хожу пешком. Иногда-босиком, тут все равно строго выдержанна гигиена асфальтового покрытия.
Свои эмоции и улыбки я прячу в подушку по утрам. Это большой секрет, это только моё пока.
У меня пальцы пропахли корицей, тут все печеньки пахнут пряностями...не могу без них...
Всегда чуть сырые волосы, туманы делают свое дело.
А стены - белый, хоть волком вой - такая скукотища...
Я по ночам тяжело засыпаю.. Кис, ты сегодня снился. Почему-то держал меня за руки. Держи крепко меня. Я - вот, я тут.

я даже и не думала, что это тяжело так - так надолго уезжать из дома.
В итоге я расплакалась в аэропорту, ревела всю дорогу в самолете, потом уснула.
Проснулась, пришла в себя.
Бодряком ехала в автобусе, потом вытирала слезы в метро, приехала к маминой подруге, закрылась в комнате, и ревела еще два часа.
Вот хожу красотка с красными глазами.

Дома мама плачет и Катька.
Папа дежурит и тоже переживает.

Мне плохо, правда.
Можно было бы и без этого.

у меня зеленый чай и сонные глаза =)
на улице хоооолодно, а я у мамы на работе, и домой пешком после жужжания в транспорте - 40 минут, а одежды-то минимум...как-то не рассчитала, что Сибирь, ммда..
и вообще, надо на машине ездить, хватит уже.

остался один день.
вещи собраны,
мысли в кучу,

скучайте по мне.
я буду.

а у меня вот что дома живет. А у вас?

Сделать свой город по-настоящему уютным можно только самостоятельно. Большие города - они, знаете ли,такие.... холодны и серые.
Ко мне пришло это лет эдак в 18, как-то - рррраз! - и щелкнуло. И я поняла, что его (мой Нск) никто, кроме меня для меня не раскрасит.
Эти уютные вечера в кафешечках в центре с прозрачными витринами за чашкой кофе и с книжкой на столе, ночи на берегу реки с чаем в термосе, раннее утро по Красному Проспекту - пешком!, улыбаясь своему отражению в сияющих витринах, день в офисе с ароматным кофе с корицей и приятными собеседниками, и сумерки - с кем-то за руку по длинному мосту с берега на берег.

Сегодня ночью, когда трясутся руки и ноет пораненная щека, я выбираю свой город.

Шепотом на машине по улицам,

каблуками по сонной набережной,

потом босиком по шуршащему песку,

и пальцами в холодную воду.

как же мне мурчательно-уютно-приятственно-атмосферно и свежо... :) я могу рассказать об этом только по-чешски... :)

Две недели осталось до моего отъезда в страну с высокой концентрацией людей с целофановыми улыбками. В стране планируется работать целый год, плакать от влажной жары летом, мерзнуть зимой (не климат мне там), вести бюргерский образ жизни и в оставшееся от этих томных занятий время неистово ездить по Европе, дабы показать себя (что, по секрету говоря, и является главной целью поездки) и посмотреть людей, если вдруг чего хорошего вздумают показывать.
Две недели бренного существования должен вынести мой мозг, который почти целый месяц в думах о хорошем покоится в моей овальной голове без какого-то определенного занятия или, на худой конец, хотя бы хиленького мыслительного процесса.

Чем заняться-то?
На улице перманентный дождь, и это исключает длитерильные пешие походы куда-либо. А дома неприятно скучается - заняться-то нечем! - на то нашлось множество причин:
все известные мне иностранные языки выучены (а у четырех из них я даже знаю алфавит),
написано собрание сочинений из 17 томов (по полторы страницы текста в каждом),
в саду разбиты плантации орхидей (но в зарослях травы их, к сожалению, не видно),
а на плите стынет ужин, неземному вкусу которого позавидовали бы лучшие итальянские повара (без комментариев).
Кроме того, в доме идеальный порядок (все барахло сдвинуто в угол и накрыто тряпкой), а я, кружась по кафельному полу в тапочках как у балерины, приседаю в реверансе и радушно приглашаю каждого, кто мне попадается на глаза, к столу (хотя в последнее время попадается только папа, жалующийся на то, что мое кулинарное присутствие обеспечивает ему живот как у Карлсона).

Чеееем заняться в оставшиеся две недели?
Вот ведь вопрос, а.

P.S. (лично ориентированный пэ.эс.): Дииииим, ну вот я опять наставила скобочек в тексте :( Каак мне избавиться от этой дурной привычки, мой дорогой стилист-текстоправ?? Скажи скажи скажи.

такие каблуки, что при ходьбе коленки показывает тонкими иголочками.
розовая шелкая рубашка, темно-серая юбка и волосы восоко и в тугой густой хвост.
разговариваю с четко выверенным темпом, не сбиваясь, не переходя на сленг, выдерживая интонации.
на ногтях - любимый френч, два колечка.

нижнее белье с зелеными лягушечками, но этого никто не увидит, ибо я на работе строю из себя мегасерьезную даму:) в кармане 50 евро, которые я ни за что никогда не потрачу, потому что талисман :)
на щиколотке тонкая цепочка, но, вглядываясь в мой рисованный "рабочий" образ, на нее никто из коллег не обращает внимания, и хорошо :)
на лопатке озорная татуировка хной, сделана еще в Германии и что-то еще не сходит. такая же красивая как настоящая.

я стучу каблуками по коридорам, выверенно чеканя шаги. Улыбаюсь когда нужно, хмурюсь, когда все вокруг серьезны. Прежде чем открыть рот, делаю паузу в три длинных секунды. Слежу за мимикой и жестами.


А хочется в зеленых шортах на берегу. И чтобы мороженное, солнечно, а потом пошел дождь. Смеяться так, чтобы оглядывались прохожие, а кто-то даже покрутил пальцем у виска. А ночью пойти на набережную кататься на скейте. Сделать умопомрачительный ремонт, нарисовав на стене двух красных жирафов. Рассмеяться в ответ на критику. Заснуть не дома в нелепой позе с чашкой чая в руке или ходить по мосту до рассвета туда-сюда.

Сегодня последний рабочий день. И еще есть время, чтобы снять туфли, которые так жмут.... )))

Предвкушение и ожидание чуда - порой слаще самого чуда.
Игра, намек, касание - интереснее и волнительнее бурного секса.
Волны желания, усиливающиеся от каждого изведанного миллиметра чужого тела.
Головокружение от запахов.
Явное снижение соображательной способности от нанизанных на нить приятного голоса бусин слов.
Знакомство рук. Переплетение пальцев.
Тяжелое дыхание.
Взгляды...
И по прошествии времени вспоминается почему-то именно такое. Не трехчасовые марафоны. Не длина члена. Не позы и не белье. Даже не особенности фигуры. Не цвет глаз.
А вот это самое - касание, намек, игра.
Взгляд и переплетение пальцев.
А кому-то самым эротически впечатляющим местом кажется женская баня.
А кто-то выкладывает свои фотки с пляжа с тупым выражением лица в раздел "эротика".
А кто-то верит, что женщина, увидев его член, остолбенеет и будет сию же секунду покорена навеки.
А кому-то главное - развить тему ебли.
А кто-то мыслит категориями "дать/не дать".
А кто-то всерьез принимает понятие "супружеский долг".
А кто-то видит женщин как гибрид сисек и углубления для парковки. А мужчин как гибрид кошелька и члена.

Хорошо, что я дефектная.
И у меня это есть: предвкушение, головокружение, взгляды, знакомство рук...

я теперь только тот ветер могу отчетливо вспомнить. Влажный пыльный ветер, какой бывает только на рассвете. Как он дул в лицо, когда я распахивала окно, как дрожали ресницы и как сбивалось дыхание. Остальное как-то размыто и, в общем-то, уже не нужно. Прошло столько времени, что мне, как взрослой умной девочке, уже не остается сказать ничего, кроме "спасибо".
Спасибо.
Тем не менее, в пастельных тонах, в размытых импрессионистских штрихах я помню те моменты, что когда-то нас связывали.
Его длинные шарфы, мои "не сплю по ночам, потому что как же он, бедняга, без шарфа...", его "побежали за тем автобусом", моё "за зиму я ломаю пятый каблук, ну да не важно", его "у тебя серые глаза", мое - возмущенное "что за чёрт, у меня голубые глаза!!".... и так два года.
Хотя, кто скажет "два", тому я собственноручно поставлю классический щелбан расписной деревянной ложкой, которая лежит на кухне, повергнув его, таким образом, в нокдаун. Это два года, посвященных всевозможным видам транспорта нашего города, и, пожалуй, пара месяцев, посвященных мне. И не то, чтобы я эгоистка или требую много. Мне /тогда/ хватало только пары улыбок. И я дышала дальше.
Все тривиальные истории начинаются классически, и, соответственно, весьма банально. После нашего весьма случайного знакомства мы семь часов гуляли по летнему городу, и я не признавалась в том, что в кровь стерла ноги новыми босоножками, пока ноги не признались в этом сами. Они замотали большими пальцами и отказались идти дальше. Тогда я виновато засмеялась, расстегнула босоножки, и понесла их, кокетливо выставив мизинец в сторону. С босоножками в руках мы ходили по пыльному Нску еще несколько долгих часов, выпили, пожалуй, все кофе в маленькой кофейне напротив дома, где я жила, и пили бы, наверное, его всю ночь, работай кафе круглосуточно... Был дождь, и я, вбивая пятки в асфальт, побежала по лужам домой. Смешная девочка в шелковом темно-синем платье и темных очках. С рооовной такой челкой, без которой, пожалуй, я была бы в те годы, немножко не я. Я и не знала, что челку я после нашего расставания нервно обрежу над раковиной в ванной, а платье брошу в мусорный бак, отправляясь с утра на работу. Так вернее. И почти не больно. Но это потом. А пока - я смывала тушь, сидя краю ванной и довольно улыбалась, глядя на ноги с окровавленными мозолями и стоптанными подошвами. А через два дня села на диван и стала ждать звонка.
Через год мы встретились.
Еще через год - расстались.
Проще, наверное, не придумаешь. Мыльная девичья история о хромом неудавшемся романе. Девочка плакала, болела, ела таблетки, спаладнемнеспала ночью, полгода не видела друзей, выбросила в мусоропровод ящик с его дисками, собрала в конверт и отправила ему же почтой его фотографии. Ходила ночью по улицам, ревела в автобусах, плакала на экзаменах, боялась потерять сознание на улице от того, что ничего не ела больше недели. Похудела не семь килограм-поправилась на двенадцать, начала курить-бросила курить, отнесла в службу социальной взаимопомощи все содержимое своего шкафа, заклинала парикмахеров изменить ее внешность и ненароком расплакалась в примерочной одного из магазинов одежды, прислонившись к светящемуся зеркалу. От пустоты и беспомощности.
Ездила по городу по ночам, пока не кончится бензин, пила антидепрессанты, которые, черт возьми, помогают только мертвым.
Мальчик тем временем вернулся к бывшей девушке, жил долго и счастливо, фотографировал автобусы и ел любимое печенье. Душился неизменным Кензо и был по-своему брутален.



Мы случайно встретились в метро пару недель назад. Он сказал на бегу "позвони сегодня", не прерывая своего разговора с кем-то по телефону, обсуждая какой-то зеленый МАЗ, который, по его словам, "не фонтан". А я звонко рассмеялась в ответ и побежала вниз по лестнице в мраморную гудящую пещеру с рельсами-поездами где-то в глубине. Потому что мне легко и хорошо. И никаких стоптаных ног и кровавых мозолей.

Конечно я не позвоню.
Конечно.

песни на смешном украинском,
солнечные брызги в окно,
шпилькой в автобусе на ногу - больно!,
масштабные по своей глупости тексты на немецком,
пальцыпальцы замерзают,
глупо смеяться над тем, чего нет, глупо жалеть о том, чего не будет,
в розовые розы больше не верю,

хочется дождя, и чтобы асфальт и босиком.

вот и все на сегодняшний день.

Свершилось чудо, я решила выложить немножко своих фотографий. )))
Естественно, о хорошем качестве и речи быть не может, о хорошем сюжете - тем более. )) Но я же обещала, да.

( Тут фотки меня, ужасненькой девашки )

вам знакомо ощущение,когда,проснувшись утром,вы вдруг понимаете,что не двигались во время сна вообще? проснулась я сегодня,хотела руку поднять,чтобы включить свет,а нет! не поднимается.занемела и опухла,так как,как мне показалось,я спала на ней всю ночь.как рухнула вечером,так и не шевелилась. мне аж поплохело от этой мысли :) кроме руки есть ещё пара весьма забавных моментов,но о них позже,когда доберусь до компутера. в любом случае,если у меня в наушниках с семи утра играет guаno аpеs,в моём мире явно что-то сломалось.

Опубликовано с мобильного портала m.lj.ru

я тут с удивлением узнала, что это действительно правда. Что нам действительно нужно прочитать 81 книгу на немецком языке до 21 мая. Это, конечно, потрясает мое воображение, учитывая, что из дома я выхожу в половине седьмого, а возвращаюсь около десяти, при этом сил остается только на то, чтобы абсолютно меланхолично поесть, очень грустно сходить в душ, и, упасть в кровать. Те кто видел меня, знают, что мозг у меня вполне себе среднестатистических размеров и из ушей не выпирает. Таким образом, книги на немецком читать в транспорте я не могу, да и чаще всего я сама езжу за рулем, что вообще исключает возможность читать что-то в дороге. Выходной у меня один-единственный, и как-то не радует совершенно перспектива проводить его с книгами Фридриха Шиллера, Германа Гессе, Дитера Нолля и Гюнтера Грасса. Но, по всей видимости, придется.
Сегодня как-то определенно решила, что с удовольствием отдалась бы кому-нибудь желающему пофотографировать меня :) к сожалению, все знакомые умельцы по уши в работе, поэтому желание, видимо, придется отложить до лучших времен.
А оооочень надо (даже не просто хочется, а прямо НАДО)... Как же мой Тиночко без моих фотографий в Дойчланде... эхх...

Зная твою любовь к фаст-фуду, экспресс-маникюру-для-типамужиков, книгам из серии «прочитай и выброси» и прочим радостным, но недолговечным прелестям этой жизни, позволю себе предостеречь тебя: опасайся одноразовых девушек. Ты знаешь, о ком я?
По крайней мере, их всегда можно опознать по двум более-менее одинаковым для этой категории дам признакам: у них силиконовые губы и пластмассовая душа. И то, и другое симпатично только на первый взгляд.
Кроме того, использование одноразовых девушек вызывает сильное привыкание.
Во всем остальном одноразовые девушки невероятно удобны и привлекательны.

Замерзшие улицы и ледяной ветер.
Кофе с имбирем.
Полосатые шарфы вокруг мужской шеи.
То, что напоминает о тебе каждый раз.
Больше, чем аромат твоего любимого Kenzo, пойманный мной совсем недавно случайно утром в метро, когда я, шевеля ноздрями как настоящая собака-ищейка оглядывалась, чтобы разыскать тебя в толпе, и как настоящая дура, закусывала губу до крови, убедившись, что тебя нет рядом.
Улица. Я пряталась от нее в темных подъездах, дорогих машинах, в тепле чужих рук и неродных мне глазах, но каждый раз, выходя из дома, я снова начинала счет своим шагам, как мы делали это когда-то вместе – ты помнишь?
Шестьдесят три, четыре, пять, шесть…. девять, семьдесят. На сто одиннадцатом шаге от моего дома растет тополь, который засыпал снегом мои ресницы, когда ты целовал меня в первый раз. На сто тридцатом стоит кофейня, где мы вечерами пропитывали свои зимние свитера ароматом имбирного кофе. В подвале моего дома (ровно тридцать ступенек вниз) все еще живет смешная лопоухая собака, которую ты кормил, когда она шаталась от голода, грецкими орехами, которые ты носил в кармане для меня одной. Она лучше всех знает, что с нами стало. Каждое утро, когда я выхожу из подъезда, она подходит ко мне и тихонько садится у ног. А я всегда сажусь на корточки и трогаю ее за ушки. И мы две минуты молчим друг для друга. И прощаемся до следующего дня.
В моей квартире все измерено твоими шагами. Шаг от входной двери – вешалка, на которой висело твое черное пальто. Три шага от окна вглубь комнаты – точка, в которой я замирала, прислушиваясь к прикосновениям твоих губ к каждому моему позвонку. Три шага из окна – точка, которая казалась мне единственным выходом, когда твои шаги стихли за дверью.
Рамка с нашей фотографией будет всегда стоять на полке над моим столом, потому что кроме этой фотографии у меня ничего от тебя не осталось.
Я, знаешь, уже давно не плачу. Так, как раньше, - растерянно и чуть-чуть по-детски, забравшись в кресло и всхлипывая каждый раз, когда ты прикасался ко мне рукой, чтобы успокоить. Мне хотелось бы, наверное, так же смотреть тебе в глаза и лить слезы по каждому пустяку. Чтобы ты еще раз называл меня так, как называл раньше. Только ради этого.
Я все так же улыбаюсь, когда трогаю морозные узоры на стеклах зимним солнечным утром. Я ведь помню ту сказку, которую ты рассказывал мне на ночь, чтобы мне снились зимние прохладные сны, когда я болела гриппом и температура ползла выше отметки сорок градусов. Ты знал, я давно засыпаю, но продолжал рассказывать. Ты помнишь? Сказку о морозных узорах на стеклах…
И я до сих пор сплю. Чтобы слышать все твои сказки. Знаешь? Знаешь….

а я-то, а я - читаю книгу на чешском, вот!! И это - при всем при том, что учу я его месяц и пять дней, ага ))
серьезную такую книгу.
с тооолстым таким словарем.
но мне нравится. и все очень даже понимается :)